No.2 No.2 No.3 Запретный плод Бориса Эйфмана | ES is BEST
Закрыть панель

Читайте в журнале “FREE ТАЙМ” №4 (2013)

События, которое произойдет 29 апреля в Петербурге, с нетерпением ждут балетоманы всего мира. На сцене Театра оперы и балета консерватории состоится премьера балета Бориса Эйфмана «По ту сторону греха». Один из самых радикальных творцов современного балета переосмысливает на новом витке истории свою работу, осуществленную почти 20 лет назад, – «Карамазовы» по роману Достоевского на музыку Рахманинова, Вагнера, Мусоргского.

– Почему вы решили вернуться к балету «Карамазовы», дав ему новое название?
– Новый спектакль мог бы называться «Карамазовы» или «Житие великого грешника», но название – внешний атрибут. Самые значительные изменения, связанные с моим отношением к роману, произошли на глубинном уровне. Сегодня я воспринимаю этот текст иначе, чем 20 лет назад: его философское содержание открывается для меня теми гранями, которые в свое время были упущены или не до конца осознаны. Другой очень важный момент – эволюция художественного инструментария нашего театра. За прошедшие годы мы открыли новые способности тела как средства познания человеческой души. Соединив приобретенные выразительные и технические возможности с кардинально иным видением романа, я создал новый, оригинальный балет. Моей основной задачей стало исследование духовного и психического мира героев. Анализируя причины их нравственного краха, я обращаюсь к непознанной стороне греховности.
– Что, по-вашему, грех, и как ему противостоять?
– И в начале 1990-х, и сегодня грехом для меня является то, что нарушает базовые моральные устои, предельно емко зафиксированные в десяти заповедях. Но с годами в нашем обществе появилось больше лицемерия и фарисейства. Мы уже не одно десятилетие живем по принципу «И Бог есть, и все равно все позволено». И это страшно. Человек был и будет грешен всегда. Но если признание существования Божьего суда, абсолютного начала сочетается с полной вседозволенностью, то тогда мы скатываемся в хаос насилия и лжи, где не действуют никакие ограничители. Как противостоять этому – не знаю. Ни Достоевский, ни Толстой, ни Чехов с их титанической гениальностью не смогли предотвратить ужасов, которыми был наполнен ХХ век. Мы можем противопоставить злу, наверное, только одно – личный, частный пример. Не стоит радеть за судьбы человечества, пока сам живешь в пороке. Поэтому начни с себя. Сделай хоть что-нибудь, чтобы стать чище и лучше.
– В наше время балетный театр может как-то воспитывать, преобразовывать?
– Я далек от мысли, что балет может кардинально изменить общество, перепрограммировать массовое сознание на более созидательный лад. Но когда ты чувствуешь уникальную эмоциональную связь, возникающую во время спектаклей между сценой и залом, то понимаешь: искусство танца способно открыть в людях светлое, возвышенное начало, сделав это здесь и сейчас. Перефразируя Бродского: балет не в состоянии спасти человечество, но спасти отдельного человека может.
– Насколько за минувшие 20 лет изменился ваш творческий метод? Вы стали беспощаднее к артистам или с годами смягчаете свой нрав?
– Основа моего метода осталась неизменной: я по-прежнему жду от артистов на сцене предельно точного воплощения моих творческих замыслов. Достичь подобного с помощью одних только репрессий или же, наоборот, задабривания невозможно. Хореограф должен думать о том, удастся ему превратить людей, приходящих вместе с ним в балетный зал, в своих соратников и духовных собратьев или нет. Именно от этого напрямую зависит результат творческой работы.
– Что больше всего влияет на ваше вдохновение: литература, кино, путешествия, влюбленности? Откуда приходят идеи?
– Рождение идей спектаклей – тайна, которая никогда не будет разгадана. Хотя, не скрою, я был бы не прочь получить власть над магическим механизмом творчества, сэкономив себе время и силы. Созидательный импульс волен прийти к тебе откуда и когда угодно – при чтении книг, прослушивании музыки, просмотре фильма. Важно уметь набраться решительности и остановиться на одной-единственной идее, выбрав ее из целого вороха живущих в тебе замыслов.
– В те моменты, когда вы не находите ответа на мучающий вас вопрос, будь то в жизни или творчестве, как выходите из ситуации?
– Мне знакомо гнетущее ощущение невозможности выразить то, что тревожит, найти ответ на преследующий тебя вопрос. Эта мысль или эмоция, засевшая в подкорке, затерявшаяся на границе сознательного и подсознательного, – зерно, которое в дальнейшем даст жизнь новому творению или кардинально изменит твое видение уже сделанного ранее. Если зерно не прорастает, значит, время еще не пришло, идея не вызрела. Нужно просто ждать – каким бы томительным ни было ожидание. Но вымучивать, выдавливать из себя творческие решения нельзя, иначе получишь нечто мертворожденное.
– Вы бы хотели поставить балет на музыку, специально для него написанную? Кто мог бы стать этим композитором?
– Я об этом мечтаю, но пока идея неосуществима по разным причинам. Как только у нас появится своя сцена, мы поменяем репертуарную политику, одним из приоритетов которой будет сочинение балетов в союзе с современными композиторами. А сегодня моим соавтором в работе над спектаклем может стать композитор любой эпохи и направления, чья музыка способна меня вдохновить.
– Вы открыли Академию танца, в которой кроме вас, вероятно, будут преподавать разные мастера. Вы готовите себе творческую смену?
– Академия танца нацелена прежде всего на воспитание новой балетной элиты, универсальных танцовщиков XXI века, которые обладали бы самым широким исполнительским диапазоном. Для этого мы приглашаем ведущих преподавателей классики, танца модерн и всех иных течений, существующих в хореографическом искусстве. Это глобальная стратегическая работа, призванная обеспечить приток свежей крови в сегодняшний балетный мир.

Владимир Дудин

-
| Все записи этого автора: | Подписаться на RSS

 

Оставить комментарий или два

XHTML: Вы можете использовать эти тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>