Читайте в журнале “Free Тайм” №9 (2009)

Если посмотреть в одно окошко – видно Петропавловскую крепость и купол Исаaкия. В другое, на сколько хватает глаз, — крыши, крыши, крыши… Если бы в смутные 90-е не выстроили нечто, попирающее своей многоэтажностью «Правила землепользования и застройки Санкт-Петербурга», можно было бы полюбоваться вдобавок и куполами Смольного собора. Но все равно — красота! О радостях и тяготах обитателей петербургских пентхаусов мы беседуем с архитектором Михаилом Барашковым.

Проза роскошной жизни

— Если говорить о мансардах, пентхаусах и многоуровневых квартирах, можно ли предположить, что основным качеством подобного рыночного продукта является возможность выйти из привычного плоскостного мышления и даже за пределы мышления, ограниченного объемом коробки дома?

— Если мы обсуждаем различные объекты, представленные на рынке недвижимости, то мансарды и пентхаусы – это одно, а многоуровневые квартиры – другое. Сегодня большие видовые квартиры на последних этажах престижных домов являются самым дорогим, но и самым лучшим предложением. Это подтверждает и практика продаж квартир в новых домах: еще на этапе строительства все пентхаусы, как правило, проданы. Так, к примеру, произошло в новом доме на Песочной набережной, который я проектировал. Петербург – город, имеющий высшую архитектурную ценность, поэтому вид из окна, расположение дома, так называемый Location, являются одной из самых главных характеристик, влияющих на цену и ценность. Я берусь утверждать, что в любом, даже самом престижном и модном доме есть две категории жильцов: те, кому доступно удовольствие выйти летней ночью на собственную террасу, увидеть небо, крыши, вдохнуть воздух, которым дышат птицы, и те, кто про все эти радости ничего не знает. Потому что попросту их не имеет, живя буквально одним этажом ниже.

Что же касается планировочных решений, предполагающих расположение помещений на разных уровнях, например, на двух этажах, то это история про удобство. Тут небо и звезды совершенно ни при чем, такие квартиры могут быть на любом этаже. Несколько уровней – это удобно. Так строят и живут во всем мире. Обычно это люди высокого уровня достатка, позволяющего эту «многоуровневость» оплатить. Ведь только при достаточно больших площадях имеет смысл разделить зону отдыха и зону развлечений по этажам. В этом случае в спальне на втором этаже кто-то может отдыхать, а остальные весело проводить время в гостиной на первом этаже. Даже в советские времена были проекты двухэтажных квартир. Но там идея была извращена: радость подниматься по лестнице в спальню, чтобы оказаться буквально на голове у тех, кто остался в кухне, кажется мне сомнительной.

— Пентхаус – это по определению жилье высшей ценовой категории. Не кажется ли вам, что сейчас не самое подходящее время для того, чтобы говорить о ликвидности подобных объектов?

— Как раз самое время. Кризис предоставил людям, имеющим соответствующие средства для покупки пентхауса, то, чего не было еще год назад, – выбор. Покупка подобной недвижимости – это не решение жилищного вопроса, а его качественное улучшение и серьезные инвестиции. Инвестировать же стоит в самое лучшее, самое ликвидное, то, что не будет сильно дешеветь, несмотря ни на что.

— Странно слышать о широком выборе в момент, когда темпы строительства новых и реконструкции исторических зданий пошли на убыль…

— Не стоит путать массовый рынок и эксклюзив. К тому же далеко не всякая квартира на верхнем этаже может называться пентхаусом. Это достаточно синтетический рыночный продукт, включающий в себя множество необходимых составляющих. Иногда и дом в историческом центре и вид прекрасный, но… Мансарда. Не пентхаус. Человек купил, человек разочарован.

Синтетический продукт

— Можно дать подробное определение пентхауса?

— В моей интерпретации первым, а также вторым и третьим пунктами будет уже упомянутый Location. То есть место расположения дома, то, что видно из окошка и ориентация окон по частям света. Это просто необходимое, но далеко не достаточное условие. Покупая подобное жилище, человек покупает и образ, и пространство жизни. А также то, что Солженицын называл «социально близкие». В нашем случае – соседи. В обыденной жизни это означает, что человек будет въезжать на машине в подземный паркинг и оттуда на лифте попадать на свой этаж, а лучше -- прямо в квартиру. Он не будет лишний раз встречаться с жителями нижних этажей и тем более с абсолютно посторонними людьми на темной лестнице. Именно поэтому я не относил бы понятие пентхауса к старому фонду. А только к новым или реконструированным, полностью расселенным домам. Существуют также и архитектурные особенности. Современные застройщики, ориентированные на европейские нормы строительства, уже на уровне проекта предусматривают конструктивные решения, необходимые для устройства пентхауса. Это высота потолков, «второй свет» -- остекление в два этажа, усиленная гидроизоляция кровли, открытые террасы, системы водоотвода и таяния снега. Очень многие составляющие, необходимые для дальнейшей комфортной жизни, в мансарде, построенной в старом доме, реализовать не удается.

— Почему?

— Если жильцы дома объединены в ТСЖ и не желают, чтобы у них на крыше появилась мансарда (просто из вредности), то согласовать необходимые документы не удастся. На идее можно ставить точку. Если же чудо произошло и можно делать проект, то мы сталкиваемся с целым рядом ограничений. Уже год в городе действуют «Правила землепользования и застройки Санкт-Петербурга». Это, конечно, великое благо для города, но и существенное ограничение для строительства. Кроме высоты строения согласовывать придется также дизайн и расположение мансардных окон. То есть делать их там и такими, как надо, а не такими, как хочется. Кроме того, в плотной застройке исторического центра придется решать проблему защиты от доступа посторонних с соседних крыш, решать вопрос эксплуатации кровли в зимнее время. Особенно бояться всего перечисленного не стоит, но об этом обязательно нужно знать, прежде, чем начинать это долгое и сложное дело. Должен отметить, что в нашей стране все еще не так серьезно регламентировано, как в Европе. Так, в Германии, а именно в Баварии, за архитектора все давно решили и прописали в законах: высоту конька, угол наклона кровли, высоту карниза и даже форму окон. Там художник совершенно свободен, но только в рамках поставленной боевой задачи. Однако никто не против, потому что им реально удалось сохранить исторический облик городов. У нас же три века строительства в жестких рамках соблюдения высотности чуть было не перечеркнуло всего-то десятилетие правового безвременья.

— Если вернуться к быту приближенных к небесам, какие еще блага таит в себе самый верхний этаж?

— — Достоинств множество. Но главное – это почти полный аналог жизни в коттедже, расположенном в центре города. Понятно, что купить землю под коттедж с видом на Петропавловскую крепость нет никакой физической возможности. Наверное, еще можно успеть на Крестовском острове, но это астрономически дорого. Пентхаус такую возможность дает. Судите сами: соседей как бы нет, вид прекрасный, хочешь – грейся у камина, хочешь – веселись с друзьями под открытым небом и жарь мясо на мангале. Сейчас в Европе очень модно стилизовать пентхаусы под отдельные домики, построенные на крышах многоквартирных домов. Вплоть до того, что там предусматривают настоящие газоны и бассейны. Есть такие примеры и у нас. Просто их пока еще мало.

— Мы начали разговор с прозы жизни. Насколько вам кажется перспективным рынок пентхаусов в Петербурге?

— Это история на много лет вперед. Пентхаусы будут строить до тех пор, пока будет вестись реконструкция центра. Ну а когда все возможности будут исчерпаны, появится достаточное количество людей, готовых платить за пентхаусы с видом на пригороды. А они появятся, потому что пентхаус обладает уникальными потребительскими свойствами, которые напрямую формируют образ жизни человека и демонстрируют уровень этой самой жизни.

Беседовал Андрей Аланов

Метки: архитектор. Михаил Барашков, интервью, пентхаус, Петербург, рынок недвижимости, элитное жилье
Рубрика: Дом, интерьер, Интервью