Читайте в журнале “Free Тайм” №9 (2009)

В начале октября в прокат выходит фантастический экшн «Запрещенная реальность» — экранизация одной из известнейших книг Василия Головачева «Смерш-2», тираж которой превысил 2 миллиона экземпляров. По словам создателей фильма, «миры и истории, которые создал Василий Васильевич Головачев, давно просились на большой экран». И вот — пожалуйста. К визуальному ряду картины причастны лучшие российские VFX-студии. Нам обещают беспрецедентные спецэффекты, оригинальный и хорошо проработанный отличный от нашего мир. Уже интригует...
О «Запрещенной реальности» рассказывает продюсер фильма Егор Кончаловский.

— Егор, в трех словах, что у вас получилось?
— Получилось масштабное, нестандартное кино. Удивительно, что книги Головачева ранее не экранизировались — фантастический экшн с философской основой очень кинематографичен. И мне нравится, как при всей насыщенности и динамичности сюжета режиссеру Максимову удалось избежать излишней жестокости, которой и без того достаточно в современном кинематографе.
— Кстати, а почему именно Максимов, у которого прежде не было кинематографического опыта, ведь он снимал только рекламу?
— А это как раз и было плюсом. Реклама — это высокотехнологичная отрасль: эффекты и все то, что с некоторым опозданием приходит в кино, как правило, уже несколько лет существует в рекламе. Нам было важно, чтобы человек почувствовал этот проект. Проза Головачева своеобразна, поэтому и постановка должна быть своеобразной. Еще один важный момент заключается в личности продюсера фильма. Василий Васильевич Головачев — человек радикальный, жесткий в отстаивании своей позиции. А люди, работавшие в рекламе, как Константин Максимов, умеют находить компромиссы, потому что в рекламе без компромиссов невозможно. Вы только представьте, насколько жесткие в рекламе правила, сколько людей там диктует свою волю. Человек тридцать от рекламного агентства сидят на площадке и твердят: «Нет, не так, нам нужно, чтобы укус был другой» или «Нужно, чтобы чашечку кофе подносили именно так, а не иначе». Так вот рекламщики умеют с легкостью выходить из тяжелых ситуаций, находить компромиссы. Но не как флюгеры поворачиваться туда, куда им скажут, а ловко лавировать между своими идеями и мнением других. Поэтому рекламный опыт Максимова оказался очень кстати.
— Вы сказали о непростом характере Василия Головачева. Ваши дискуссии были горячими?
— Знаете, у нас с Василием Васильевичем не было и нет особых дискуссий, потому что прерогатива дискутировать с автором сценария и продюсером принадлежит режиссеру. А вообще я благодарен Василию Васильевичу Головачеву за опыт работы на таком проекте. Без сомнений, Головачев — человек-скала, жесткий в отстаивании своей позиции, но мне кажется, что именно благодаря этому у нас получилась эта картина.
— В фильме идет речь о глобальных проблемах — угроза человечеству, сращивание госструктур с криминалом. «Запрещенная реальность» — это фильм-предупреждение, фильм-пророчество?
— Человечество веками топчется на одном и том же месте, совершает одни и те же ошибки, постоянно идет борьба за власть, постоянно плохие люди приходят к власти, потом их свергают, и так далее. Достаточно вспомнить Сталина, Гитлера, Нерона или Бонапарта. Можно вспомнить еще многие примеры из мировой истории и понять, что эта фабула веками повторяется в той или иной степени. Поэтому я бы не сказал, что это пророчество. В случае с фильмом «Запрещенная реальность» важнее не что сделано, а как сделано. То есть форма здесь столь же важна, как и содержание.
— Я понимаю, что главная головная боль на этом проекте — выстроить фантастический мир, придуманный Головачевым. Что еще представляло трудности?
— Наверное, можно сказать о Зле, потому что перед нами стоит очень сложная задача — сделать Зло действительно злым, достоверным. Современного зрителя удивить уже ничем нельзя. Знаете, как бывает: получился неплохой фильм, но когда в финале появляется страшное зло, становится немножко смешно. Поэтому Костя Максимов серьезно работал над концепцией этого Зла. То, что он придумал, мне нравится, потому что его видение Зла не похоже на все то зло, которое мы уже видели в наших и западных фильмах. Надеюсь, у нас получилось.
— Уже сейчас имя Василия Головачева при упоминании о фильме «Запрещенная реальность» звучит как определенная гарантия качества. Этого достаточно?
— Имя Головачева играет свою роль, но для продвижения картины требуются серьезные рекламные усилия. Если говорить абстрактно, то раскрутить можно любую картину. Существуют специальные технологии для успешного показа даже самых плохих картин. Например, был фильм «Скорость» — неплохой экшн, и был фильм «Скорость-2» — плохой экшн. Так вот плохой экшн выпустили сразу на 20 тысячах копий, и сарафанное радио не успело разойтись, все уже посмотрели фильм и сказали: «Ой, нас обманули». Но зритель у фильма был. У нас о таких технологиях нельзя говорить, потому что в СНГ на 250 миллионов человек приходится примерно 1800 залов, в Америке на 300 миллионов — 36 000 залов, то есть в 20 раз больше. А что касается Головачева, то у него много поклонников, и он говорит, что если эта аудитория придет в кино на «Запрещенную реальность», будет очень хорошо.
— Но фаны могут принять в штыки любой шаг вправо-влево.
— Конечно. Даже такое убедительное кинопроизведение, как «Властелин колец», вызвало огромное количество нареканий толкиенистов. Я сам в некотором роде толкиенист, потому что выучил английский язык, читая «Властелина колец». Сначала по 40 минут страницу со словарем, потом шел дальше и дальше, и в конце этой трилогии я прилично говорил по-английски. Так вот многие толкиенисты были недовольны этой картиной, хотя я считаю, что «Властелин колец» сделан с удивительным уважением к оригинальному произведению. Нам, безусловно, важно не разочаровать зрителей, потому что фильм, который идет час сорок, не может вместить в себя 600-страничную книжку. Иначе пришлось бы снимать 30 серий. «Запрещенная реальность» — это продюсерский коммерческий фильм, и в работе с такой картиной необходимо понимать, как она делается и как ее продавать. Василий Васильевич, будучи и продюсером и автором сценария, всегда очень жестко стоял на своих позициях относительно того, что такое хорошо и что такое плохо для этого фильма.

Сюжет: бывший агент военной разведки Матвей Соболев видит сны о другом, необычном мире. Однажды он встречает женщину из своих снов, и его жизнь круто меняется. Бывшему разведчику предстоит стать Воином Круга и восстановить порушенное равновесие между мирами.
Автором сценария и одним из продюсеров выступил сам Василий Головачев. Более того, он появится в небольшом камео — в роли байкера. Так что ищите байкера, и обрящете Головачева.
Головачев: «Я уверен, что режиссеру фильма «Запрещенная реальность» Константину Максимову удалось уловить, как влияет на реакцию зрителя элемент фантастики, элемент неожиданности в этой истории».
Максимов: «Мы старались создать уникальный мир, который воплотил бы в себе фантастические идеи романа писателя-фантаста Василия Васильевича Головачева. Конечно, очень сложно уместить объем событий романа в полтора часа фильма. Но он сам сделал литературный сценарий, выбрал те фрагменты, которые хотел внести сюда, а я старался показать их максимально зрелищно и интересно».
Матвея Соболева играет Игорь Петренко. Актер признается, что это была для него самая тяжелая работа из всех прежних: «Матвей Соболев — типичный интроверт. Его реакция на все события никак не проявляется внешне. И отобразить эту его внутреннюю реакцию в кадре совсем непросто. К тому же Матвей не просто натренированный качок, который быстро бегает. Он одарен сверхчеловеческими способностями».
Александру Балуеву досталась роль влиятельного Георгия Курыло, вознамерившегося захватить власть в стране при помощи психотропного оружия и сил зла. Как называет своего героя сам актер — это «Гад Гадыч Гадов, Сволочь Сволочевич Сволычев, и его поступкам нет никакого психологического обоснования. Мой герой меня привлек тем, что он полная противоположность мне, моему внутреннему миру, моим мироощущениям».

Елена Боброва

Метки: Free Тайм, Головачев, запрещенная реальность, Кончаловский, Смерш, фантастика, экранизация
Рубрика: Интервью, Кино, Персоны