Читайте в журнале «Free Тайм» №6 (2009), выходит из печати 26.06.2009

До того как стать дизайнером, Андрей Дмитриев получил филологическое образование, он долгое время чинил моторы и служил антикваром. Сейчас среди его работ интерьеры таких заведений, как «Старое кафе», «Пробка», Il Grappolo, «За сценой», «Ресторанъ», Bellini, Sukawati, пространства частных квартир и домов в России, Испании, Италии и Англии, дизайн книги Андрея Родионова «Пельмени устрицы», Русский павильон на книжной ярмарке во Франкфурте...

Не так часто встречаются художники, умеющие говорить красиво и интересно. Но у Андрея Дмитриева рассказывать о себе, жизни и своих работах получается легко и афористично. С ним можно не соглашаться, но слушать его интересно. Поэтому дальше — только прямая речь.

— Сейчас на то, чтобы «собрать» квартиру, оборудовать ее всем необходимым, у меня уходит два дня. Для этого, правда, нужен хороший бюджет. И посещение трех-четырех магазинов.

— Помещение само диктует стиль и условия работы.

— Выдерживать пространство в одном стиле сейчас неактуально. Время эклектичное.

— Важен баланс грубого и нежного, нового и старого. Иногда хорошую, настоящую вещь стоит подать на фоне пластика — и она от этого только выиграет.

— И наоборот: даже пластиковый стаканчик может быть красивым, если его чем-нибудь уравновесить.

— Вывод прост: очень важен контекст.

— Ценность вещей назначаем мы сами. Ценности — они внутри, а не снаружи.

— Почти все люди хотят обильного освещения. А мне нравятся ночники в туалете: когда заходишь туда ночью, необязательно просыпаться.

— Стоит помнить о том, что электричество было изобретено в конце XIX века. Все поколения до этого жили при свете свечей и керосиновых ламп — и неплохо себя чувствовали. Об этом постоянно приходится напоминать заказчикам: такое чувство, что почти все хотели бы жить в операционной.

— Серый цвет в интерьере недооценен. А ведь можно, например, покрасить все серым и поставить два цветных стула — и это уже будет дизайн, причем не самый плохой.

— Все очень просто: есть красивые вещи и есть некрасивые. Все в мире можно разделить на эти две категории.

— Иногда нелепым вещам можно придумать иную суть — и они от этого станут красивыми и осмысленными.

— Одна из самых простых моих работ — светильник из лампочки и дуршлага для пасты. Когда нужно использовать дуршлаг, его просто снимают с гвоздика.

— Лампы вообще благодатная тема. Их можно делать из бутылок, из балясин — из чего угодно...

— Никому не советую элементы экстерьера вносить в интерьер, как это любят делать в московских ресторанах. Это, как правило, не работает. А если наоборот — получается здорово. Правда, у нас климат к этому не располагает.

— Как правило, заказчики хотят через меня реализовать свои амбиции. В этом я им не готов помогать.

— Но, конечно, нужно разобраться в психологии заказчика, чтобы понять, что ему нравится. Я обычно раскрываю толстую книгу, в которой есть много разных интерьеров, и прошу оставить закладки на тех, что приглянулись.

— Заказчика обязательно надо образовывать. Если это приятные люди, можно отвезти их в Италию и в Стокгольм.

— Я всегда говорю: я сделаю то, что вам нравится — так, как я это вижу.

— Оторваться по полной я могу только у себя в квартире: процесс декорирования требует много времени и денег. К тому же, не всегда удается убедить заказчика в своих идеях.

— У меня дома напротив душа — камин. Зимой очень приятно стоять под струей воды, глядя на огонь. Еще есть мраморная ванна, в которой можно с комфортом провести целый день.

— Роскоши можно добиться простыми средствами. И вовсе не обязательно это должно быть дорого. Например, на одном из домов в Италии я повесил шторы не внутри, а снаружи дома. И не на первом этаже, а на втором — до земли.

— Чем ниже висит люстра, тем шикарнее. Один из заказчиков отверг идею, которую я реализовал позже: сделал пространство дровяного сарая, в котором у самого пола висела люстра. Получилось достойно.

— Когда в 1994 году я делал «Старое кафе», основное время и силы ушли на то, чтобы отодрать пластиковые панели от настоящих стен. Тогда так никто еще не делал.

— Поднадоели арки в интерьерах. Это очень грузинская тема: в Грузии нет дома без арки.

— Вкус либо есть, либо его нет.

— На мой взгляд, единой тенденции в моде на интерьеры сейчас нет. Люди хотят чего-то более индивидуального, обособленного.

— Если изучить историю вопроса, то «подлинно русского» почти нет. У нас все заимствованное.

— Хотя мне нравится настоящая народная мебель, у меня на кухне такая. Ее делают в основном на Севере: в Вологде и Архангельске.

— Лучшая реставрация, которую я видел в жизни, — это Флоренция. У нас же, при том, что есть очень талантливые мастера, зачастую дерево XVIII века доводят до состояния пластмассы.

— Учиться дизайну хорошо в путешествиях. Нужно только научиться смотреть. Много хороших работ в Италии. Хотя и там встречается полная безвкусица.

— Мне нравится работать в Италии: там веселее, дешевле и теплее.

— Если вы хотите научиться делать складки на шторах, надо ехать в Венецию.

— Круче, чем строили римляне, нет ничего на свете. Их империя — это что-то невообразимое. Не люблю гуннов.

— Восхищаюсь английским ландшафтным дизайном.

— Не очень хорошо знаком с Африкой, стоит ее поизучать.

— Самая распространенная ошибка городской наружной подсветки — когда виден источник света. Так, например, подсвечены все мосты в Петербурге.

— Петербург сейчас сносят чудовищными темпами. Если так пойдет дальше, от него ничего не останется уже лет через десять.

— Одно из свойств прошлого — оно утрачивается безвозвратно.

Записал Константин Федоров

Метки: Free Тайм, Андрей Дмитриев, дизайн, интерьеры, проект, проекты Андрея Дмитриева, тенденции современного интерьера, фото интерьеров
Рубрика: Дом, интерьер, Интервью